Размышления об инклюзии
![]() |
![]() |
Л. В. КОБЗАРЬ, старший преподаватель кафедры общей и специальной психологии ГБОУ ДПО НИРО |
Д. В. ШПАГИН, студент факультета филологии и журналистики ННГУ им. Н. И. Лобачевского, г. Нижний Новгород |
В современном образовательном пространстве уже никого не удивишь словом «инклюзия». Но практика образования показывает, что, несмотря на продолжительное время вхождения общего образования в рамки инклюзивного, многие учителя общеобразовательных школ не готовы работать с детьми с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). В чем причина? Что предпринять? В этой статье мы представим опыт «вхождения в инклюзию» двух участников образовательного процесса — педагога и ребенка.
Начнем с представления опыта работы педагога — учителя-дефектолога.
Познакомилась я с мальчиком, когда ему шел третий год. У Даниила тяжелое заболевание опорно-двигательного аппарата: мальчик не мог ходить, сидел в специальном кресле, ручная моторика развита слабо. Несмотря на то, что ему было только два года, по результатам психолого-педагогического обследования было выявлено, что интеллектуальное развитие малыша соответствует возрасту.
В практике моей работы Даниил был первым с таким заболеванием. Сначала нужно было определить, какие образовательные потребности у ребенка, а потом решать, какими средствами, способами их удовлетворять. Сложности определялись не отбором содержания материала для обучения, а тем, как организовать этот процесс с «технической» стороны, поскольку ручки малыша работали плохо. Сначала мы с родителями активно пытались помогать ребенку выполнять задания, требующие ручных действий. Но в какой-то момент наши старания «услышали» слова «Не надо, я сам!», и мы получили ответ на наши искания. В дальнейшем девизом нашей работы с Даниилом стали слова итальянского педагога-новатора, пропагандирующей идеи гуманистической педагогики, Марии Монтессори: «Помоги мне сделать это самому!».
В чем же специфика организации образовательной деятельности с такими детьми (к ним мы относим тех, кто имеет двигательные, сенсорные нарушения при нормативном интеллектуальном развитии)? В первую очередь, необходимо больше времени давать на выполнение задания и понимать, что оценивается не столько качество выполнения (а у детей с нарушением опорно-двигательного аппарата при тяжелых нарушениях моторного развития этот параметр деятельности может вообще не оцениваться), сколько самостоятельность деятельности. Также особое внимание следует уделить объяснению материала, куда включены действия. Педагог должен учитывать возможности их выполнения ребенком. Для детей, имеющих тяжелые двигательные нарушения, в образовательном процессе может использоваться специальное компьютерное оборудование, включающее специальные клавиатуры, альтернативные устройства ввода информации, устройства управления компьютером.
Следующий момент, на котором хотелось бы остановиться, — способы и степень помощи педагога ребенку. В случае, когда обучающийся не может выполнить действие или оно многократно не получается, используется прием «рука в руке», когда педагог, беря руки ребенка в свои, выполняет действие вместе с ним. Такой вид работы относится к пассивно-активному способу взаимодействия (относительно пассивно со стороны ребенка, поскольку только его руки включены в действие, и активно со стороны педагога). По мере формирования двигательных умений помощь педагога должна уменьшаться, соответственно, увеличиваться степень самостоятельности ребенка. Вот этот момент, когда обучающемуся нужно давать самостоятельность и уменьшать свою помощь, часто педагог не может определить, что приводит к «передерживанию на помощи» и ребенок уже не хочет действовать самостоятельно, или ускоренному «отпусканию в самостоятельность», что так же может спровоцировать отказ от деятельности, так как еще пока не получается. Универсального совета здесь дать нельзя, потому что определяется этот переход для каждого ребенка индивидуально.
Не менее важным является вопрос и об индивидуализации обучения детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). Как осуществить ее в рамках классно-урочной системы? Если ребенок с ОВЗ учится на дому, вопрос отпадает сам собой. В условиях обучения в школе становится необходимым проведение индивидуальных занятий с ребенком во внеурочное время, причем не только учителями, но и логопедами, психологами и другими специалистами сопровождения, которые определяются заключением ПМПК.
Непременным условием работы с любой категорией детей с ОВЗ является профессиональная подготовка педагога. Не всегда могут быть полезны краткосрочные курсы повышения квалификации. Собственный опыт убеждает, что, даже получив профессиональную переподготовку, необходимо постоянно заниматься самообразованием и многое, безусловно, приобретается путем практического опыта.
Перейдем к рассказу «субъекта» образовательных отношений. Вот как он видит свое образование.
Меня зовут Даниил Шпагин, мне 19 лет. Я учусь в Нижегородском государственном университете им. Лобачевского, на втором курсе факультета филологии и журналистики. А до этого 11 лет учился в лицее № 87 им. Л. И. Новиковой г. Нижнего Новгорода.
Но начинался мой учебный путь в детском саду № 452 «Родничок». Это учреждение я стал посещать, когда мне шел третий год. До сих пор помню наши занятия с Людмилой Викторовной Кобзарь. Она дала мне много нужных и интересных знаний о мире! Мы решали задачи, учили стихи, писали рассказы и даже делали доклад о космосе! Благодаря полученным знаниям, я смог пройти тестирование и поступить в лицей. В плане организации моего обучения из той, дошкольной, поры я помню мало. Каких-то трудностей, наверное, не помню потому, что мне было очень интересно на наших занятиях.
Когда я пошел в школу, я не задумывался, как ко мне будут относиться дети, их родители и учителя. Сейчас бы я, наверное, переживал об этом, но тогда я был совсем ребенком и не думал, что что-то может быть не так. И… все было, как я и думал, — хорошо! Моя первая учительница Светлана Владиславовна Кумова на собрании перед началом учебы предупредила, что в классе будет учиться мальчик на коляске (я), и никто не был против.
1 сентября мы впервые встретились с одноклассниками, познакомились и начали учиться. Со всеми у меня были хорошие отношения. С кем-то я общался больше, с кем-то меньше, но со всеми — по-дружески. Если мне надо было что-то подать или, например, начертить, всегда кто-то помогал. Классно чувствовать себя частью коллектива!
Уроки проходили, как и у всех — задачки, вопросы, размышления, ответы. Только, когда мы писали диктанты, мне давали чуть больше времени для записи, но это мотивировало меня учиться записывать быстрее. Когда мы готовили какие-нибудь доклады, меня вывозили к доске, и я начинал рассказ. На остальные задания я отвечал из-за парты, а на доске за меня писал учитель. Меня спрашивали не реже остальных. Да и вообще, отношение ко мне было, как к обычному ребенку. Мне это очень нравилось!
Когда не было возможности посещать школу, например, зимой (заметало дороги), Светлана Владиславовна приходила заниматься к нам домой.
В 7-м классе мне уже было тяжело посещать школу, поэтому со всеми учителями я занимался дома или по видеосвязи. Готовились к ОГЭ, а потом и к ЕГЭ, сдавали их и вместе ждали результатов.
Усиленно мы готовились по английскому языку с Ириной Алексеевной Кокуриной, по русскому языку и литературе — с Натальей Александровной Мельниковой, во многом благодаря которой я полюбил литературу и выбрал для себя направление — филология.
Выпускные экзамены я сдал успешно (Даниил закончил школу с золотой медалью — прим. автора). Сейчас мое обучение продолжается. Учусь я дистанционно, смотрю и слушаю лекции по видеосвязи. Учиться мне интересно, особенно нравится изучать русское народное творчество.
Отработав почти четверть века с детьми с ОВЗ (причем, имеющими разные нарушения развития), хотелось бы сказать: работать с нормотипичными детьми интересно, но в определенной степени предсказуемо. Ребенок с ограниченными возможностями здоровья потребует поиска нестандартных путей, новых подходов. Но, благодаря такому поиску, педагог развивает свой творческий потенциал и получает бесценный опыт, который сможет применить в практической работе с любыми детьми.
Практика школьного воспитания № 1, 2023
ПОДЕЛИТЬСЯ: